Насаждение коллективной системы ведения хазяйства

Архив 25 сентября 2019

Голодомору предшествовала политика коллективизации, которая являла собой насильственное насаждание коллективной системы ведения хозяйства, государственной за формой. Привычные к частной форме собственности, украинские крестьяне не воспринимали новую систему. Поэтому внедрение коллективизации сопровождалось принуждением крестьян вступать в колхозы, террором, арестами и депортациями несогласных, которых советская пропаганда клеймила как “кулаки”, “буржуазные националисты”. Режим объявил войну против этих людей и физически уничтожал их.

 

К началу коллективизации в 1929 году основным производителем сельскохозяйственной продукции были индивидуальные хозяйства крестьян. Крестьяне были монополистами в производстве зерна, технических культур (лен, конопля, хмель, сахарная свекла), продуктов животноводства. Действия советской власти – налогообложение хозяйств, натуральные штрафы, экспроприация, разрушение состоятельных хозяйств – привели к так называемой “зерновой проблеме”, то есть спаду производства.

 

За счет коллективизации советская власть планировала решить несколько принципиально важных для себя вопросов: лишить самодеятельную часть земледельческого населения свободы действий, сделать невозможным общенациональное движение сопротивления, решить “зерновую проблему” путем ликвидации 5,2 млн крестьянских хозяйств и создания на их основе 25 тыс. колхозов.

 

Режим начал классовую борьбу, разделив крестьянство на классы: бедняки, середняки и кулаки. Последние из этой классификации считались состоятельными хозяевами и врагами народа. В мае 1929 года Совет народных комиссаров представил официальное определение кулацкого хозяйства, за которым в таком хозяйстве регулярно применялся наемный труд, или же была мельница, маслобойня, сдавались в аренду сельскохозяйственные машины и помещения; родственники были привлечены к коммерческой деятельности или ростовщичеству или имели другие нетрудовые прибыли, особенно от принадлежности к духовенству. Согласно этим определениям можно было судить почти каждого крестьянина. Существовало клеймо “подкуркульники”, под которое подлежали крестьяне, которые не имели собственного хозяйства, но отказывались вступать в колхоз, так или иначе были нелояльны к власти. Размытость понятий “кулака”, а тем более “подкулачника” расширяло категорию жертв.

 

Одним из средств разжигания классовой борьбы на селе было распределение 25 % конфискованного у “кулаков” зерна между бедняками  и наемными рабочими. 27 декабря 1929 года Сталин провозгласил задание ликвидировать “кулачество как класс”. 30 января 1930 года вышло тайное постановление “О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации”, которая предусматривала массовые аресты, ограбления и депортации крестьянских семей. Согласно постановлению в УССР подлежали раскулачиванию 3-5% хозяйств. В соответствии с категориями, было установленное наказание для “кулаков”: кулаков первой категории, которые считались наиболее опасными, потому что находились на учете ОГПУ “по делам повстанческих организаций”, заключали в концлагерях; кулаков второй категории депортировали на Северный край, Сибирь, на Урал и в Казахстан; кулаков третьей – частично раскулачивали и выселяли в пределах района проживания.

Списки “кулаческих хозяйств” для выселения составляли работники районного исполнительного комитета на основании решений собраний колхозников, батраков и бедноты. Конфискацию имущества осуществляли особенные уполномоченные РИК при участии сельсовета, председателей колхозов, батрацко-бедняцких групп. Конфискованное имущество (средства производства, имущество, земля, жилищные жилища) передавали к колхозам, а изъяты сберегательные книги и облигации – к органам НКФ.

За этим  постановлением в УССР до конца 1930 года на места были отправлены 550 партийных функционеров окружного уровня для проведения мероприятий по ликвидации кулацких хозяйств. В экспроприации имущества состоятельных хозяев активно были задействованы также отправленные на село рабочие и сельские активы. Однако, количество актива в общей массе не было большим. Важнейшую роль в подготовке и осуществлении репрессивных мероприятий против “кулаков” сыграли работники Объединенного Государственного Политического Управления.

 

Общих данных о выселении украинцев во время депортаций и выселений на сегодня учеными пока не установлено. Только за период с 1928 года до конца 1931 года количество крестьянских хозяйств сократились на 352 тысяч (свыше 1 600 000 человек).

 

Власть требовала, чтобы даже в небольших селах были тюрьмы (до революции они существовали только в районных центрах). Эти тюрьмы предназначались не только для страха крестьян, которые излагали неудовлетворение или голосовали против колхозов на сельских собраниях. Сопротивление коллективизации часто приобретало более жестокие формы. В 1929-1930 годах были приложены огромные усилия для того, чтобы помешать крестьянам владеть оружием. Декретами 1926, 1928 и 1929 годов ввели обязательную регистрацию охотничьего оружия. В августе 1930 года, через небольшие восстания стало понятно, что постановления не выполняются, было приказано “провести широмасштабные обыски”. Из зарегистрированных ОГПУ в 1930 году 13754 (2,5 млн участников) крестьянских беспорядков, бунтов и восстаний – 4 098 (свыше 1 млн участников) состоялись в Украине. Часть восстаний носила политический характер: участники произносили лозунги “Прочь советскую власть!”, “Да здравствует самостоятельная Украина!” и пели “Ще не вмерла України…”.

 

С какой силой разворачивалось сопротивление населения, с такой же силой осуществлялось его подавление и политика коллективизации, провал которой в Украине в марте 1930  года осознал Сталин. Тогда же власть отказалась от принудительной коллективизации для перегруппировки собственных сил с целью как можно быстрее возобновить наступление (заключение и депортации продолжались и во время Голодомора).

 

Украинцы массово выходили из колхозов, однако в колхозах еще оставалось около 3 млн хозяйств. В первом колхозном году Украина выполнила хлебозаготовительный план благодаря благоприятным погодным условиям в 1930 г. и чрезвычайно высокому урожаю. Однако крестьяне были лишены обычных запасов, которые традиционно делались ими для обеспечения своей жизнедеятельности. На 1931 год было проигнорировано положение крестьян и утвержден чрезмерный хлебозаготовительный план, выполнение которого сопровождалось исключением максимально возможных объемов хлеба и у колхозников и у единоличников. Вследствие этого во многих местностях началось голодание. Советскому руководству было известно о положении украинских крестьян, но оно не прекратило грабительские хлебозаготовки. В начале 1932 года Центральный комитет Всесоюзной коммунистической партии большевиков требовал сверхплановые хлебосдачи. Из этого периода советская власть начала искусственно создавать для украинцев жизненные условия, рассчитанные на частичное уничтожение нации – Голодомор.