Память о Голодоморе – моя память

В начале декабря этого года в Национальном музеи «Мемориал жертв Голодомора» свидетельства о Голодоморе прислала Крутова Валентина Николаевна. Это воспоминания ее бабушки, Каминской Франи Николаевны, пережившей Голодомор.

 

Родилась Франя Каминская (в девичестве Домбровская) в с. Соколовка Киевской губернии, Васильковского уезда (сейчас Киевская обл. Васильковский р-н). В семье Домбровских на 1932 год в живых было четверо девочек: Франя, Михалина, Анеля и Петруня. Домбровски тяжело трудились на земле. До свадьбы Юля (мать Франи) получила образование и работала учительницей в гимназии в г. Белая Церковь. После свадьбы муж Николай сказал, что женщина должна работать дома. Сам он был в Соколовке ветеринаром, хотя специального образования не имел, даже читать не умел. Люди его уважали и при необходимости вызвали лечить скот.

 

Франя была старшей дочерью (1909 г.р.). С большим теплом вспоминала мамины бублики. Вечером пекла хлеб и бублики, а с утра пешком (16 км) несла на базар на продажу в Белую Церковь. Ее бублики были очень прославленные на селе своим особым вкусом. Соседи спрашивали рецепта. Госпожа Франя вспоминала, что мама делилась рецептом но утаивала свой секрет привлекательности, как она говорила «товарный вид», бубликов. Женщина в конце выпекания смачивала бублики медом, и ее выпечка блестела, а соседская соответственно нет.

 

В 1930 году Франя вышла замуж за Каминского Казимира Ивановича, которого уже раскулачили. Семья проживала на хуторе (в лесу) при селе Юзефивка (теперь это Йсиповка в Белоцерковском районе).

Наша обязанность поделиться бесценными воспоминаниями:

«Урожай 1932 был хорош. В Домбровских забрали все что было выращено и заготовлено на зиму, но этого было мало.

 

Если бы не Ткаченко (из бедной семьи, известный в селе коммунист, председатель колхоза, который сватался к Франи Николаевны, но она ему отказала), то семья может, и выжила, но он приложил максимум сил чтобы они умерли.

 

Чтобы не остаться совсем без еды, Юля Домбровская решила спрятать телегу пшеницы, и увезла с дочерью Михалиной к Франи в лес. Как ехала, то не могла удержат в пухлых руках вожжи. Кони ночевали в доме, чтобы воры не украли. А когда попросила назад пшеницу, то свекровь Франи не отдала, сказала, что нет. Сама выжила, а внук, первенец  Франи Владимир и все Домбровски умерли.

 

Маленькие голодные детишки лазили по голому полю, где уже давно был собран урожай, и выискивали колоски, мерзлую картошку, а комсомольцы на лошадях их догоняли и били нагайкой, ибо нельзя колхозное добро “воровать».

 

Петруня собирала колоски на поле, и тут прискакал всадник: “Ты чья?” А она ответила, что Галабирова, были такие старцы в деревне. А всадник: “Ну собирай, я думал, что Колина”. (Почему чужой человек, который не знал в лицо Николаевых детей, но знал что им нельзя на поле собирать то, что осыпалось и птицы не съели ???) Принесла те колоски домой, зерно уже проросло. Мама Юля напекла пирожков со свеклой, они сильно потрескались, и вынесла их в комнату на полку поставила, чтобы остыли. И тут нагрянули комсомольцы, поели пирожки и накакали в кладовке.

 

Григорий Ткаченко привел в дом «трудовую комиссию», в народе называли «черная метла» с 40-ка человек. На дворе была зима, спала маленькая Петруня. Ткаченко собственноручно ломом развалил дымоход в печи, перебил всю посуду. В Николая не было сил починит печь, нечего, было есть и еще и в доме стало холодно. Семья осталась без всякой надежды на выживание.

 

Сначала умерли родители и старшая сестра, остались шестилетняя Анеля и 4 летняя Петруня. Принесла Петруня корзинку черных грибов, растущих на навозе, дает сестре, и говорит: «Ешь, я уже наелась». Затем умерла Анеля, то Петруня начала за нее ходит в школу получать пищу-бурду, а тетя Мария побежала и доложила, что Анеля мертвая в кладовке лежит.

В 1933-1934 от голода умерли Николай Францевич, Юлия Ивановна и дети Михалинка, Анеля, Петруня и дядя Франц Францевич (1885р.н.).

Петруня умерла последней, опухшая, у нее парализовало ножку».

 

«В 30-х годах постоянно нападали воры из местных братья Воробьи и Полевськи и зять Никита Ковтюх, постоянно обворовывали, избивали. Заганяли всех в печь и кочергой толкли, чтобы деньги отдали, а в Франи вырвали из ушей золотые сережки. Дошло до того, что обрывали в саду яблоки, и копали картошку.

Как-то оставил на сохранение у Ивана в лесу 2 кожуха кум Павел Ковтюх, и куда-то уехал. Пришли воры и украли много добра и те кожухи. Бабушка Гертруда плакала, и пожаловалась зятю Никите Ковтюх, а он сказал, где добро спрятано. Пошли откопали кожухи и 2 большие Франи подушки с приданого.

 

Позже братьев Воробьев поймали и отправили на Калыму, а Ковтюх был более ловок, он неоднократно убегал когда его везли в ссылку, но все равно в тюрьме пропал.

В начале 30-х в колхоз забрали двух лошадок, красивые такие, в цвет яблока. Казьмир долго им носил сено, но они сдохли от голода. Кормили скот всем чем было, даже соломой которой были покрыты дома.

Примерно в 1932 году в Франи и Казимира родился сын Владимир, он умер во время Голодомора, похоронили его в лесу на пригорке под кустами.

 

Франя опухла от голода, ходила на работу, где было для работающих организовано «питания» – варили бурду-суп и давали кусок хлеба. До восхода солнца ребенка относила в ясли, ребенок еще спал, она давала ему кусочек хлеба который старшие голодные дети вырывали из рук. А сама ела только тыкву. На работе один человек спросил: «Что ты ешь, такая страшная желтая, не ешь его, а то умрешь».

 

Это записано со слов Альбина Владимировича Каминского 1937р.н. с Йсиповка, сейчас живет в Киеве, внука Никодима Степановича:

«Никодим (родной дядя Казимира Каминского) имел 50 десятин земли, 2 вола, 2 лошади, корову, 15 овец, пасеку ульи – долбанки.

Когда у них дома собиралась большая семья, то алкоголь не употребляли, пили чай.

В 1928 прошла первая волна коллективизации. Никодим не хотел отдавать свое добро, а ему сказали: «Добровольно не отдашь, заберем силой, а тебя отправим в Сибирь». Он отдал, а на третий день не выдержало сердце и он умер, а на четвертый умерла его жена. Похоронили их в один день на католическом кладбище в с. Васильев. Сейчас от костела остались одни руины, а кладбище – поле, советская власть давно перепахала католические кладбища в Белоцерковщине. Еще долго колхозники случайно выкапывали гробы на поле.

 

 

Крутова Валентина Николаевна, несказанно благодарны за сохраненную память! За возможность услышать эту историю, эту болезненную правду! Трагедия Голодомора – это история почти каждой украинской семьи, это история современной украинской нации. Память и знания о Голодоморе сегодня является мощным предохранителем преступления геноцида против украинского народа. Уроки истории Голодомора обучают противостоять несправедливости, угрозам преступления геноцида в любой точке мира. Собственно и для этого существует Мемориал жертв Голодомора.

Друзья, благодаря Вашей гражданской позиции, совести, поддержке мы вместе сможем максимально собрать и сохранить свидетельства людей, переживших Голодомор!

 

Если у Вас есть записи воспоминаний родных о Голодоморе. Или хотите записать в сотрудничестве с музеем интервью о Голодоморе Ваших близких, обращайтесь, пожалуйста, по телефону: 254-45-12, или присылайте информацию на электронную почту: [email protected]