Новая книга: «Репрессированные» дневники. Голодомор 1932-33 годов в Украине

В Украинском институте национальной памяти вышла книга «Репрессированные» дневники. Голодомор 1932-33 годов в Украине », которая собрала в себе дневниковые записи очевидцев Голодомора.

Издание отличается непосредственностью описания, ведь кроме вступительной статьи ее «авторами» являются «участники» или наблюдатели событий 1932-33 годов. Они подают бесценные факты, но вместе с тем не чураются субъективных мнений – что их удивляет, во что невозможно поверить, как это выглядело на самом деле.

Книга состоит из дневников 7 человек, проживавших в Киевской, Харьковской и Одесской области, и принадлежавших к разным социальным группам – крестьянство, интеллигенция, партработники. Некоторые из текстов частично или полностью ранее публиковались. К примеру, дневник Нестора Белоуса в 2008 обнаружила Нина Лапчинская, главный хранитель фондов Национального музея «Мемориал жертв Голодомора», и ввела в научный оборот.

Дневники харьковского крестьянина Нестора Белоуса (с 1911 до 1934 года) является «своего рода хроникой уничтожения советской властью украинского села». Неоднократно высказываясь против методов большевиков в отношении крестьянства, Белоус в конце концов предстал перед судом и был отправлен в лагеря.

Александра Радченко была учительницей в Харьковской области, которая «имела страсть отражать все свои переживания в дневниках», как она выразилась на суде. Она вместе мужем-лесником занималась спасением крестьян во время Голодомора, нанимая их на работу в лесхоз (лесхозы не подпадало под хлебозаготовки).

Дмитрий Заволока отличается от остальных свидетелей – он был партийцем, начальником отдела культуры и пропаганды в одном из районов Киева, жил в центре города, однако часто действия КП СССР вызывали у него сопротивление, которое он изливал в дневниках, описывая и ужасные картины голода по селам Киевской области, и услышанное от матери, друзей и знакомых – сначала не веря историям, а потом воочию убедившись и ужаснувшись «картиной опустошенного, как после войны, Борисполя».

Педагог Юрий Самброс прошел через репрессии интеллигенции в 1920-х годах и смог стать выдающимся ученым СССР, однако 1932-33 годы он прожил в Харькове, где и написал дневники, описывающие тогдашнюю атмосферу страха, смерти людей прямо на улицах и способы выживания.

Политэмигрантка Дорота Федербуш приезжает в Киев в 1932 году, когда «на улицах валяются трупы умерших от голода», впоследствии переезжает в Харьков, где работает литкореспондентом. Дневник она писала «в моменты особенно сильного возмущения» – политикой партии, нечеловеческими зверствами и тому подобное. На суде большевики назвали дневник Федербуш «пропитаннымы злобой против Советской власти».

Алексей Наливайко учительствовал в Одесской области во время Голодомора 1932-33 годов (от которого умер его отец) и вел дневник, куда мог тайно записывать свои мысли об уничтожении голодом. Его заметки имеют высокий литературный стиль и полны памфлетности, публицистичности и обвинительных настроений касательно линии партии и виновных в Голодоморе 1932-33 годов.

Михаил Синьков еще в детстве переехал из Узбекистана в Харьков, где стал учёным-химиком. В своих дневниках-воспоминаниях 1932-33 годов он занимает маргинальную позицию, обвиняя в голоде самих крестьян, которые противились политике коллективизации. Однако на допросе в НКВД он видит корень проблемы в ошибках политики партии, которые привели к нищим и голодающим, наводнившим улицы города в 1932-33 годах. «В эту тетрадь я буду записывать то, что считаю интересным» – таков рационально-объективный подзаголовок своим заметкам дает ученый.

Почти все из «скрипторов» Голодомора пострадали за свои записи – их было сослано в лагеря, приговорено к исправительным работам и тому подобное. Однако именно благодаря этому дневники и пришли к нам, так как сохранились в архивах как приложения к уголовным делам. За более чем 80 лет после Голодомора-геноцида широкая общественность сможет услышать историю из первых уст. Книга в свободном доступе на сайте УИНП.